Российский институт стратегических исследований

Британию снова трясет от отставок, но изменится ли что-то на украинском фронте? Пойдет ли новый премьер на риск ради сохранения статуса лидера НАТО или Киев ждет похолодание в отношениях? Станет ли новый кабинет министров так же азартно лоббировать удары вглубь России, и почему британское ВПК не позволит Лондону сойти с милитаристских рельсов? 

Истинные причины британского радикализма и будущее внешней политики Лондона в интервью изданию Украина.ру проанализировал руководитель Центра военно-технических проблем РИСИ, военный политолог Сергей Ермаков. 

Премьер-министр Великобритании и лидер Лейбористской партии Кир Стармер объявил о своей отставке, выступив 22 июня с заявлением на Даунинг-стрит. Он сообщил королю Карлу III о решении покинуть свой пост на фоне внутреннего партийного кризиса. 

— Сергей Михайлович, Стармер стремился сделать Британию лидером европейского фланга НАТО. Как его уход отразится на амбициях Лондона и единстве альянса в противостоянии с Россией?

— Любая отставка главы исполнительной власти в такой стране, как Великобритания, вносит элемент неопределенности. Новое руководство неизбежно будет расставлять иные акценты. Однако если мы говорим о векторе НАТО, то Британия продолжит попытки сохранить за собой роль ключевого европейского партнера США в области безопасности и обороны. 

В стране существует устойчивый внутриэлитный консенсус. Даже набирающие силу оппозиционные движения, такие как "Партия реформ Великобритании" Найджела Фаража, в целом придерживаются позиции, что Британия должна оставаться оборонным лидером Европы. Для Лондона НАТО — это центральный элемент, который удерживает США в Европе, что британцы считают критически важным. С другой стороны, это повышает статус Британии. 

Об этом говорил и Карл III, когда был с визитом в США в этом году. Монархия подает важный сигнал, при том, что король Карл III — фигура далеко не номинальная в системе управления. Его заявления о защите демократических ценностей и единстве Запада подтверждают, что стратегических перемен в курсе Лондона ожидать не стоит.

— Тем не менее, отставке Стармера предшествовал уход ключевых фигур из оборонного ведомства... 

— Да, уход министра обороны Джона Хили и его заместителя по вооруженным силам Алистера Карнса был связан с тем, что Стармер, по мнению многих, уделял недостаточно внимания росту военных расходов и боеготовности Британии. Поэтому, полагаю, в стране стоит ожидать серьезную внутреннюю борьбу за еще большую милитаризацию курса. 

У милитаристов, думаю, вряд ли что-то получится, но на предстоящем саммите [НАТО] Британия, скорее всего, под давлением США возьмет на себя еще больше обязательств по прикрытию северных флангов альянса. Мы видим, что командование НАТО в Норфолке переходит под британское начало — именно Лондон будет "закрывать" Северную Атлантику и Балтику. 

— Как смена власти в Лондоне повлияет на поддержку ВСУ, поставки дальнобойного оружия и работу военных специалистов на Украине? 

— Британия останется в прежней колее, но для Киева открывается "окно вызовов". Сейчас украинскому руководству придется заново выстраивать личные отношения с новыми лицами в Лондоне. Если возникнет "холодок" в этих отношениях, поддержка Украины не прекратится, но вопрос в том, с каким азартом и искренностью она будет продолжаться британцами. 

За последние годы в Британии произошла настоящая чехарда правительств, но курс консерваторов мало чем отличался от курса лейбористов. Именно предыдущее правительство активно лоббировало передачу разведывательных данных и дальнобойных ракет ВСУ, а также снятие ограничений на удары вглубь территории России. 

Сейчас в украинско-британских отношениях может возникнуть техническая пауза, вызванная демократическими процедурами. Эту паузу Киев постарается использовать. И ему важно не испортить ситуацию из-за лишней ажитации, которая не всегда соответствует реалиям на фронте. Нам также стоит присмотреться и извлечь свои выгоды из создавшегося в Британии положения. 

— Есть ли шансы на установление личного контакта между Владимиром Зеленским и преемниками Кира Стармера? 

— Думаю, отношения Зеленского, например, с Энди Бернемом (который рассматривается как один из влиятельных политиков) вряд ли будут замечательными. Бернем — амбициозный лидер, получивший серьезную поддержку британцев, по крайней мере в Манчестере. 

В любом случае, на фоне геополитического курса Запада [Киев и Лондон] на публике будут сохранять более благостную картину и обходиться без резких заявлений в отношении поддержки украинцев. Но из-за бюрократических вещей, связанных со сменой кабинета министров Британии, вполне вероятны неопределенность и задержки в поставках помощи Украине.

— Британия сегодня — едва ли не самый радикальный сторонник ударов вглубь России. Это была личная инициатива Стармера или часть коллективной стратегии НАТО? 

— На мой взгляд, это осознанная попытка британцев выступить авангардом европейского движения, как я уже упомянул ранее. Здесь играют роль исторические отношения: Лондон традиционно воспринимает Россию как главного геополитического конкурента. 

Несмотря на смену лиц в кабинетах, общий курс Великобритании на активизацию антироссийских действий через гибридную войну сохраняется. Это выгодно и британскому истеблишменту, и их военно-промышленному лобби, и военным, которым хочется доказать свою значимость. 

— Существуют ли в Британии силы, готовые к конструктивному диалогу с Москвой? 

— Теоретически, да. В Британии есть силы, готовые больше сосредоточиться на решении внутренних вопросов и на поиске конструктива в отношениях с Москвой. Однако на них оказывается колоссальное давление. Например, "Партию реформ Великобритании" Найджела Фаража буквально заставляют заявлять о поддержке Украины, даже если их реальные взгляды склоняются к необходимости переговоров и налаживании связей с Россией. Логика Запада в целом и Лондона в частности — это не сдерживание, а прямое противоборство.