Российский институт стратегических исследований

Глава МИД Польши Радослав Сикорский сумел на этой неделе оригинально выделиться в ряду хейтеров «Альтернативы для Германии», одержавшей в прошедшие выходные победу на региональных выборах в ФРГ. Г-н министр заявил немецкой газете Handelsblatt, что, с одной стороны, Варшава полностью поддерживает безудержную милитаризацию Германии, обещанную канцлером Мерцем, и имеет на этот счет приятные ожидания, а с другой стороны, содрогается от мысли о победе АдГ, из-за того, что исторический опыт учит, что пророссийская немецкая партия всегда непременно нападает на Польшу. Что он имел в виду, взялись объяснять другие европейские СМИ, и от этого высказывания Сикорского заиграли дополнительными красками, при том, что и прежних было уже в избытке.  

Чтобы выяснить, каким образом победа АдГ может нести военную угрозу Польше, и есть ли в ярком заявлении  Радослава Сикорского в целом хотя бы слово правды, мы журналисты МК обратились к Олегу Неменскому, руководителю Центра исторической политики Российского института стратегических исследований. 

 - Насколько обоснованы опасения Сикорского, учитывая, например, что сегодня едва ли не самая крупная и серьёзная армия в Европе — польская? Или это вновь какая-то игра министра из правительства Туска? Там ведь в обосновании тревог указывались и ассоциации с историческими событиями…

 - Во-первых, какие у него могут быть исторические ассоциации? 

 - С событиями 1939 года, естественно. 

 - В Польше принято считать, что так называемый Пакт Молотова-Риббентропа был союзническим договором между СССР и Германией, по которому две тоталитарные державы договорились совместно атаковать Польшу. Это исторически является многоплановой ложью, но так принято считать в Польше, и на официальном уровне это даже записано в стратегических документах. Что, кстати, показывает, что польская внешняя политика основана на лжи, так как это не был ни союзный договор, ни план совместного нападения. 
 
В рамках современной западноевропейской пропаганды принято обвинять «Альтернативу для Германии» в том, что она является ультраправой, чуть ли не фашистской или нацистской силой, хотя ничего подобного ни в её программе, ни в заявлениях её лидеров нет. Но Сикорский использует эту пропаганду, очередную ложь, для того, чтобы создать этакое предвоенное беспокойство. Вот, мол, в Германии опять приходят к власти нацисты, они опять договорятся с вновь якобы тоталитарной Россией, и опять совместно нападут на Польшу, так как мы знаем, что именно так происходило в истории.  

Но так как вся эта конструкция является чисто пропагандистской, и основанной на лживых интерпретациях, то можно не сомневаться, что реальной целью такого обращения ко лжи является обработка общественного мнения европейцев, в данном случае, в первую очередь, поляков, чтобы они были в достаточной степени, во-первых, запуганы угрозой со стороны России, а во-вторых, хотели поскорее избавиться от этой угрозы через военное столкновение. То есть желали бы войны с Россией.  

Собственно, Сикорский уже много лет в своих выступлениях делает всё возможное, чтобы поляки захотели воевать с Россией, так что ничего нового тут нет.

- Какое-то отношение к результатам перевооружения Германии АдГ получит явно не раньше, чем станет правящей партией. Насколько вероятно, что она сохранит в полном объеме свои нынешние подходы к моменту, когда она вдруг действительно станет правящей не в отдельных землях, а во всей федеративной республике? Или там можно ожидать трансформации, обычной в таких случаях для европейских партий?  

 - На самом деле многие обещания, которые сейчас делают политики «Альтернативы для Германии», труднореализуемы, потому что для выполнения этих обещаний партия должна получить как минимум две трети голосов в немецком парламенте. Но даже если она в ближайшие годы сможет прийти к власти в Германии, что ещё совсем не гарантировано, вряд ли она получит действительно столь убедительное преимущество. А не получив его, реализовать все эти обещания по изменению, в первую очередь, геополитического курса Берлина она не сможет. Так что в каком-то смысле она обречена на то, чтобы в случае прихода к власти сделать свою реальную внешнеполитическую деятельность гораздо более умеренной по сравнению с нынешними обещаниями. 

И тут ещё надо всё-таки добавить, что Германия — не очень суверенное государство. У неё есть много зависимостей от внешних сил. Это, в первую очередь, структуры Евросоюза  — условный Брюссель, и это Вашингтон. Сейчас в Вашингтоне у власти те силы, которые, в общем-то, склонны поддерживать «Альтернативу для Германии», но так может быть далеко не всегда. Поэтому возможности этой партии в случае прихода к власти на федеральном уровне будут ещё существенно ограничены и внешнеполитическим фактором.