Российский институт стратегических исследований

Целый ряд высокопоставленных сотрудников администрации президента США Д.Трампа в прошедшем апреле совершили серию визитов в страны Ближнего Востока и Азиатско-Тихоокеанского региона.

Председатель Объединенного комитета начальников штабов США генерал Дж.Данфорд в сопровождении Дж.Кашнера, зятя и советника Д.Трампа, 3-4 апреля посетили Ирак. Там они провели встречи с руководителями правительства в Багдаде и с лидерами иракского Курдистана в Эрбиле. Официально сообщалось, что американские представители обсуждали в Ираке детали военных операций против «Исламского государства». Чуть позже, 15-17 апреля, состоялась поездка в Афганистан и Пакистан помощника президента США по национальной безопасности Г.Макмастера. С 18 по 22 апреля министр обороны США Дж.Мэттис совершил турне по Саудовской Аравии, Египту, Джибути, Израилю и Катару, а 24 апреля он вслед за Г.Макмастером побывал в Афганистане.

Главной темой переговоров Дж.Мэттиса на Ближнем Востоке был вопрос о противостоянии Ирану и иранскому влиянию в регионе. В частности, он заявил о необходимости поставить Саудовской Аравии дополнительные американские вооружения для достижения победы над йеменскими хуситами, пользующимися поддержкой Тегерана. Визит Дж.Мэттиса продемонстрировал, что новая администрация США стремится убедить своих традиционных региональных партнеров в том, что она занимает решительную антииранскую позицию. Речь об этом шла не только в Саудовской Аравии, но и в других странах, которые посетил Дж.Мэттис.

Последовательные визиты Г.Макмастера и Дж.Мэттиса в Афганистан свидетельствуют об усилении внимания руководства США к взаимодействию с Кабулом и к развитию афганской кампании в целом. Эти визиты прошли на фоне заявлений о необходимости увеличить контингент американских войск в этой стране и противостоять российскому влиянию на ее политику. В частности, четко обозначилось намерение США усилить активность в Афганистане в связи с очевидным перемещением туда активности «Исламского государства». Как минимум, Вашингтон стремится держать этот процесс под контролем. Нельзя также исключать, что США могут попытаться использовать это развитие событий в своих интересах, учитывая геополитическое положение Афганистана в «стратегическом тылу» Ирана, России и Китая.

Аналогичное, по своей сути, турне по странам Тихоокеанского региона провел 15 - 25 апреля вице-президент США М.Пенс. В ходе поездки он обсудил с лидерами Южной Кореи, Японии, Индонезии и Австралии вопросы торговых отношений, экономического сотрудничества и безопасности. Стороны также уделили повышенное внимание ситуации вокруг Северной Кореи. Очевидно, что целью поездки было укрепление отношений с ведущими странами АТР после выхода США из соглашения о Транстихоокеанском торговом партнерстве (ТТП), а также вопрос о противодействии КНДР и, возможно, китайской политике в регионе.

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что американское руководство стремится убедить союзников в своей приверженности традиционным стратегическим целям в Азии и намерено преследовать эти цели более решительно, чем это было при администрации Б.Обамы. На Ближнем Востоке такой подход выражается через идею активного противостояния с Ираном в общерегиональном масштабе. В АТР американцы добиваются сверки «повесток дня» с традиционными партнерами и явно намереваются развернуть их на сотрудничество в вопросе политического сдерживания Китая.

Некоторое время назад такой же процесс проходил на европейском направлении. Там американские руководители в ходе серии визитов попытались укрепить имидж США среди союзников по НАТО и сплотить последних вокруг идеи совместного противодействия «ревизионистской политике» России. В целом, по итогам всех упомянутых поездок вырисовывается стандартная схема поведения новой американской администрации: сначала вбрасываются будоражащие союзников идеи и заявления, рассчитанные на прощупывание почвы, затем происходит откат на более традиционную позицию с целью успокоения спровоцированных эмоций. Если во время избирательной кампании Д.Трамп заявлял, что европейские союзники, а равно и Саудовская Аравия, вносят недостаточный вклад в собственную безопасность и злоупотребляют американской политической поддержкой, то в первой половине 2017 года его администрация начала движение в противоположном направлении. Она подтвердила, что Вашингтон по-прежнему вместе со своими стратегическими партнерами твердо противостоит странам и движениям, воспринимающимся Соединенными Штатами или их региональными союзниками как угроза.

Напрашивается вывод, что такие колебания в подходе являются преднамеренными и служат цели повысить в глазах союзников американский статус и ценность сотрудничества с США, а также добиться от них уступок в вопросе распределения бремени военных расходов. Но еще более важным представляется то, что указанная серия дипломатических турне, нацеленная на решение имиджевых задач, видимо, призвана сигнализировать о полномасштабном «возвращении» Вашингтона в региональную политику на Ближнем и Среднем Востоке. При этом США, заявляя о готовности более активно бороться с политикой Ирана в регионе скорее всего обозначают намерение решительно противодействовать происходящему там неуклонному росту влияния России.