Российский институт стратегических исследований

Исторически господствующая в Великобритании плюральная избирательная система, когда выборы проводятся в одномандатных округах и для победы достаточно относительного большинства, не способствует росту популярности крайних партий. Однако в 2010-е гг. стратегия и политическая тактика действующей с 1990-х гг. на правом фланге Партии независимости Соединенного Королевства (первоначально – Антифедералистская лига) оказали существенное влияние не только на общественное мнение, но изменили привычный ход британской политики в целом. В 2016 г. на фоне затяжного кризиса эта политическая сила сыграла ключевую роль в мобилизации сторонников выхода Великобритании из Европейского союза, уверенно набрав популярность среди граждан, растерявших веру в несбыточные обещания консерваторов и лейбористов. Страна столкнулась с новой реальностью.

Созданная в 2019 г. партия «Реформировать Соединенное Королевство» под руководством все того же харизматичного лидера Найджела Фараджа сосредоточилась уже на внутренних проблемах (социальное обеспечение, налогообложение, нелегальная иммиграция, здравоохранение и пр.). Примечательно, что на последних для Великобритании выборах в Европарламент в 2019 г. эта политическая сила лидировала, хотя в электоральном цикле в палату общин она выступила довольно слабо, не получив ни одного мандата. Уже в 2024 г. партия обрела достаточное доверие избирателей, завоевав третье место по количеству голосов и пять мандатов. 

Яркого успеха партия Фараджа добилась на местных выборах в мае 2025 г. Тогда она завоевала 677 мандатов (при том, что традиционные политические силы – консерваторы и лейбористы – получили лишь 319 и 98 мандатов соответственно), обрела контроль над десятью советами графств, победила на выборах мэров двух областей, а также на дополнительных выборах в палату общин в одном округе. 

Сегодня Партия независимости Соединенного Королевства является одной из ведущих политических сил Великобритании. И это не замещение одной из главных политических партий, как произошло в прошлом веке, когда место либералов заняли лейбористы. Тогда партийно-политическая система страны претерпела значительные трансформации, однако по своей сути осталась двухпартийной. Нынешнее поколение британцев вполне можно назвать свидетелями грандиозной политической перестройки, когда упадок двух ведущих партий идет в ногу с подъемом третьих политических сил. И это – несмотря на преграды плюральной избирательной системы (благодаря эффекту «тактического голосования» она фактически препятствует получению малыми партиями существенной поддержки на выборах). 

Наблюдатели ищут ответ на главный вопрос: почему в стране, считающейся одной из колыбелей либеральной демократии и оплотом стабильности, стремительно наращивается кризис двухпартийной системы, а механизм политического маятника, определявший долгое время чередование у власти двух партий, дает очевидные сбои? 

В условиях роста недоверия населения к политическим лидерам за десять лет в Соединенном Королевстве сменилось шесть премьер-министров, каждый из которых приходил с амбициями вернуть ему былое процветание (отсюда мечты о «Глобальной Британии»?). Нужно учитывать и развивающийся в продолжение масштабный кадровый круговорот на высшем уровне. Для примера: за этот период государство столкнулось с назначением девяти канцлеров казначейства и десяти глав внешнеполитических ведомств. 

По оценке крупного британского ученого Энтони Селдона, периода, подобного нынешнему, в истории королевства не было никогда. Да, в XVIII в. (с 1760 по 1770 гг.) и в XIX-м (с 1827 по 1837 гг.) случались десятилетия, когда государственные лидеры сменялись с похожей скоростью. Но с учетом наращивания диспропорций в функционировании партийно-политической системы страны текущий политический момент является уникальным. 

В своем первом обращении на Даунинг-стрит седьмой глава кабинета министров с 2016 г. лейборист Энди Бёрнем пообещал добиться для государства «самых глубоких изменений за последние сорок лет» и подарить своим соотечественникам надежду. Он утверждает, что нашел секретный экономический рецепт – «социализм, благоприятный для бизнеса». Поможет ли этот «секрет» решить пласт накопленных проблем в сфере социального обеспечения, здравоохранения, миграционной, энергетической и оборонной политики, наконец, уладить коллизии во взаимоотношениях с «особым союзником» – США, – сказать непросто. Но попытки выработать единую стратегию урегулирования важных для королевства вопросов на фоне роста недоверия населения к традиционным политическим силам, усиления сепаратистских тенденций в регионах, обостряющейся внутри- и межпартийной борьбы, видимо, столкнутся с серьезными трудностями. 

***
 
Исторические аналогии уместны не всегда. Но все же вспомним опыт Четвертой Французской республики, которая после трудного становления в 1946 г. продержалась до 1958 г. Потом измотанный режим передал генералу Шарлю де Голлю, символу Сопротивления, полномочия на создание альтернативного государственного порядка. Голлистское правление оказалось властным, жестким, но эффективным. Был найден выход из многих накопленных проблем, которые ранее казались неразрешимыми. Политическая лихорадка резко утихла. 

В скором времени недавно избранный премьер-министр намерен представить общественности 10-летний план по преодолению в Великобритании затяжного кризиса. Сколько за этот срок в стране сменится его последователей и какие партии будут на передовой политической борьбы предположить пока, наверное, не может никто. Однако еще в период своей предвыборной кампании Бёрнем сказал, что у него в руках «последний шанс наметить новый путь для Британии». Это, как представляется, очень точно выбранные слова.


Кот Ларри, главный мышелов резиденции на Даунинг‑стрит, служит уже при седьмом премьер‑министре Великобритании, оставаясь на посту с 2011 г.